Я отказалась вместе с мамой заниматься закаткой соленьев - вареньев - и она перестала со мной общаться

истории читателей
335 просмотров

Уже который год я обещала себе, что не буду закатывать ни овощи, ни фрукты, но каждый раз поддавалась на уговоры матери и снова бралась за работу. Вот только этим летом я дала себе зарок, что буду отдыхать, а не париться на кухне вместе с банками, тазиками и вёдрами агропромышленной продукции.

Да, я облегчила свой отпуск, но теперь родная мать не хочет со мной разговаривать. Я выросла в СССР и прекрасно помню и коммунальную квартиру, и перестройку, и развал большого государства с последующим кризисом.

Во многом, в тяжёлые времена, нас выручала бабушкина дача. Там мы выращивали и картошку, и огурцы с помидорами, и всевозможные фрукты-ягоды. Семья была большая.

Летом мы тщательно закатывали большую часть урожая, так как знали, что зимы у нас холодные и голодные. Поначалу у родителей были деньги, но на полках магазинов был пусто.

Зато, когда товары на полках появились, стало пусто в кошельках. Я до сих пор помню, как мы собирались большой семьёй и на ужин открывали банку солёных огурцов, варили картошку «в мундире» и радовались дачным запасам.

Но те времена давно прошли. Большая часть родственников разъехалась по разным городам, а у моей матери и вовсе осталась я одна. Папа давно умер, а больше детей они не заводили.

Поэтому мне непонятно стремление матери ежегодно устраивать консервный завод на собственной кухне. В моей семье ни муж, ни дочка соленья - варенья не едят – у них проблемы с желудком. Мне же пары банок огурцов и малинового варенья хватает на год.

Уже лет пять я уговариваю маму не закатывать много. Её банки мы уже и посылками отправляли родственникам, и друзьям-коллегам раздавали, но количество закаток, как будто, не уменьшается.

Лично я не понимаю, для чего тратить время, деньги и здоровье на консервацию, а потом ещё и нервы на то, чтобы найти, кому её сплавить? Я сказала маме, что в этом году не буду ничего консервировать, так как запасы с прошлых лет ещё не съедены.

Но, видимо, мама не поверила моим словам. Она всё-таки назначила день «Х» и попросила приехать, чтобы помочь ей с закатками. Я отказалась и напомнила, что никто в новой консервации не нуждается. Но мать стояла на своём:

- Доченька, ты же любишь оливье? А как же ты его сделаешь без хрустящих огурчиков?

- Мама, у меня ещё штук пятнадцать банок дома стоит. Тут не один тазик оливье можно нарезать, - ответила я.

- А как же малиновое варенье? Ведь без него зимой никуда, - не унималась мать.

- И варенья ещё несколько литров осталось. Так что никуда я не поеду, и тебе не советую что-либо закатывать, - сказала я.

- Какая же ты неблагодарная, дочка, - сказала, в итоге, мама и бросила трубку.

Она всё-таки занялась своими закатками и почти сутки не выходила из кухни, о чём написала мне в сообщении. При этом разговаривать со мной мама отказывается, считая меня предательницей. А как тогда её назвать?

В рубрике "Истории читателей" публикуются материалы от читателей.